Взаимная диффузия

© totem.kherson.uaplugupdate В этом году фестиваль современного искусства «Terra Futura» в Херсоне, организованный ЦМИ «Тотем» в сфере актуального искусства. Визуальные проекты, поэзия, музыка, театр, кино – в нынешнем году все это объединилось под крышей бывшей обувной фабрики. И не случайно – юбилейный фестиваль посвящен практикам и перспективам ревитализации городской среды.

Елена Афанасьева, руководитель ЦМИ «Тотем», рассказала, что идея витала в воздухе давно. «Тотемовцы» неоднократно принимали участие в европейских и украинских проектах «ревитализационного» направления. Они делали инсталляцию на
Bunker am Alexanderplatz II (Берлин), когда художники превратили бомбоубежище под «Ареной» в площадку для современного искусства. Отметились и на львовской «Неделе актуального искусства», которая проходила на бывшей фабрике повидла.

Актуальность темы бесспорна: в Херсоне, как и в прочих городах Украины, есть много пустующих фабричных зданий. Крупный бизнес видит их будущее исключительно в виде торговых центров. Участники же фестиваля стремились доказать, что возвратить к жизни промышленные объекты можно путем перепрофилирования их в арт-зоны. Тем более что за последние 20 лет ничего существенного для создания таких зон не предпринималось.

Фестиваль презентовал европейский и украинский опыт ревитализации с последующим обсуждением и попыткой провести некоторые параллели. Примеры ревитализации можно обнаружить в Киеве, Львове, Донецке, Одессе, но они скорее исключения, чем правила.

В Европе же когда укрупнение городов привело к тому, что промзоны и отдельные промышленные предприятия стали городскими территориями, возникла необходимость экологического к ним подхода, зонирования, а зачастую и ревитализации. Такие здания нередко являются памятниками промышленного зодчества, обладая определенной исторической ценностью, равно как и градоформирующими свойствами. От этого, собственно, зависит степень и метод ревитализации. Ведь речь о модернизации в самом широком смысле: предполагается не только архитектурная, но и идеологическая трансформация, иными словами, радикальная смена парадигмы объекта.

Перепрофилирование промышленных зданий в музейные – наверное, наиболее типичная в мировой практике смена функции. Что неудивительно: огромные пространства свободной планировки идеально подходят для размещения экспозиций, в связи с чем есть возможность максимально сохранить аутентичные архитектурно-планировочные решения. Примером служат лондонская галерея "Tate Modern", созданная на базе электростанции.

Одним из направлений ревитализации промышленных зданий и прилегающих территорий является их превращение в «творческие кластеры», к примеру, центры современного искусства, где возможно проведение выставок, фестивалей и прочих культурных акций. Это – хельсинский культурный центр Cable Factory (канатная фабрика), ЦСИ "White Lady" (Эйндховен, завод Phillips), пекинский Dashanzi Art District (военный завод), ЦСИ «Винзавод» (дореволюционная пивоварня «Московская Бавария»), «Мистецький Арсенал» (ракетный завод «Арсенал»). В свое время этот проект спровоцировал много разговоров о сомнительной рентабельности подобных метаморфоз. Сегодня уже все доказано.

Наверное самый масштабный опыт – у Рурской области Германии, средоточии угледобывающих и сталелитейных предприятий. Когда в 1980-е года шахты и заводы массово закрывались, регион имел два варианта дальнейшего развития: запустение и звание «депрессивного» либо тотальная реструктуризация.

Правительство Германии выбрало последнее, выкупив заводы и шахты у владельцев и реконструировав их с максимальным сохранением инфраструктуры. А сохранять было что: многие объекты представляют собой замечательные памятники индустриальной архитектуры. Вполне логично было превратить их в достопримечательности.

Именно здесь четко прослеживается преодоление стереотипного взгляда на самоидентификацию. В современных условиях она связана не столько с имиджем промышленного региона, сколько с выходом за его рамки и креативным осмыслением наследия прошлого. Как результат – новый имидж, новая (урбанистическая) эстетика в старых индустриальных декорациях.

Это – блестящая иллюстрация к тому, как можно преодолеть угрозу упадка, грамотно распорядившись имеющимися историческими ресурсами, используя современные технологии и разработав правильную стратегию. Взять хотя бы комплекс Zollverein, который обосновался в бывшей шахте на окраине Эссена. В конце 80-х шахту выкупило правительство земли Северный Рейн – Вестфалия, начавшее программу преобразования комплекса в центр туризма, культуры и образования. Сегодня комплекс включает в себя краеведческий музей Рура, галерею современного искусства, выставочные площадки, концертный зал в цехе горнодобывающего завода, Школу менеджмента и дизайна, каток, бассейн, бары, ночные клубы, казино.

Не стоит забывать об архитектурных достоинствах этого сооружения, благодаря чему в 2001 ЮНЕСКО включила Zollverein в список мирового культурного наследия. В 2010 году комплекс стал местом проведения проекта «Культурная столица Европы – Рур 2010». В инфраструктуру было вложено около 500 миллионов евро.

Свой вариант реконструкции шахт предложил еще один Рурский город, Бохум. С 1750 по 1907 год там располагалась сначала штольня, а потом шахта, в которой добывались каменный уголь и железная руда. С 1925 по 1959 год на этом месте размещались кирпичный завод и небольшой карьер по добыче строительного камня. С 1962 года территория приобрела статус охраняемого природного объекта, преобразованного в 1971 году в геологический парк, а с 1974 года ставшего памятником природы.

Не менее знаменит Gasometer Oberhausen. К 1980-м годам XX века практически вся немецкая промышленность перешла на природный газ, поставляемый по газопроводам, в связи с чем газометр стал ненужным. Его уж было собрались снести, но жители Оберхаузена решили, что он – достопримечательность города. В ходе дискуссий о новой жизни газгольдера было решено превратить его в концертно-выставочный зал со смотровой площадкой на крыше.

Рурская область – продукт творческой индустрии. Это понятие трактуется достаточно широко. Но в первую очередь имеется в виду тип социально-культурных и экономических практик, выдвигающих культурные ресурсы и творчество на первый план постиндустриальной экономики. К творческим индустриям относят музыку, изобразительные искусства, кино, исполнительские искусства, галерейный бизнес, моду, ремесла, издательское дело, рекламу, дизайн, архитектуру, интернет и компьютерные технологии, культурный туризм. В самом глобальном смысле, творческая индустрия ставит целью завоевание новых культурных пространств и создание новых «технологий жизни».

Подобный опыт преобразования исчерпавшей свой ресурс промышленной территории в привлекательный для местного населения и туристов культурный ландшафт так и просится к реализации в Донбассе. Впрочем, насколько реален на сегодняшний день для «депрессивных шахтерских городов» культурный вектор развития, другой вопрос. Если даже Рур, при всех финансовых вливаниях и серьезной государственной поддержке, еще далек от окончательного решения таких проблем, как безработица, отток творческой молодежи, которая стремится в мегаполисы… Чтобы их удержать, недостаточно сделать жизнь «событийной». Нужно создать условия, при которых бы исчезло ощущение периферии и появилась бы уверенность, что именно здесь рождаются тенденции.

У нас пока и до этого далеко. В Украине экономические инновации ассоциируются с модернизацией технологий в традиционных сферах экономики и бизнеса. Культура же призвана охранять наследие и модернизации не подлежит.

Появление новых публичных пространств – явление редкое, хаотичное. Рискованные и капиталоемкие проекты типа конверсии шахт и газгольдеров лежат для нас в области перспективы, причем не обязательно гарантированной. Все ограничивается «точечными ударами» ревитализации конкретных промышленных объектов.

Понятно, что три или пять проектов, пусть и масштабных, ситуацию в целом определяют мало. И все же хочется видеть в этих примерах ростки неизбежного, необратимого стремления людей к качественному улучшению жизненных пространств.

В том же Донецке на территории бывшего завода создана «Изоляция. Платформа культурных инициатив».  Когда-то это было крупное предприятие по производству изоляционных материалов. В 1990-е производство стало нерентабельным, и завод закрыли. Почти 10 лет он пустовал. По словам авторов проекта, им пришла в голову мысль создать на его территории центр современного искусства. К слову, упомянутый выше Бохум – город-партнер Донецка.

Еще один «певец шахтерской жизни», харьковский художник Роман Минин, связывает понятие «ревитализации» прежде всего со стрит-артом. Это наиболее доступный и наименее затратный способ оживления безликих поверхностей функциональной архитектуры. В рамках фестиваля «Terra futura» Минин организовал свой собственный фестиваль, цель которого – объединить «стрит-артистов» и граффитчиков в команду, способную заниматься креативным преображением города сообща, не споря о преимуществах того или иного направления…

Больше недели художники из разных городов расписывали арки трех домов. В итоге получились три концептуально разные композиции. В самой большой арке на одной стене авторы изобразили tega-boat (корабль, покрытый тэгами, который «бомбит» город), на другой – цветной Street-art Port. Поскольку для города это первый такой опыт, 4 октября 2011 года было торжественно провозглашено Днем рождения стрит-арта в Херсоне.

По «расписному» пути пошли и авторы проекта «Креативные города Украины» (Одесса). Его на фестивале представила архитектор и художник Мария Гончар, участница экспериментального центра современного искусства «Чайная фабрика». К слову, Центр – еще один пример арт-конверсии. Под него отдали одесскую чайноразвесочную фабрику, не работающую с 1998 года. Сегодня на ее территории располагаются мастерские, выставочный зал и молодежный театр. В Центре регулярно проводятся лекции по современному искусству и арт-менеджменту, мастер классы и видеопоказы.

«Креативные города Украины»  - это проект, разработанный архитекторам и художниками, цель которого – оживить внешний облик «спальных районов» Украины, раскрашивая их. Авторов проекта вдохновил пример Тираны, мэр которой, бывший художник, решил проблему обветшавших и неказистых фасадов именно таким манером, сделав столицу Албании более привлекательной для туристов и 4-ой Тиранской биеннале современного искусства. На сегодняшний день креативной обработке подверглись две многоэтажки в Ильичевске, благодаря поддержке главного архитектора города, который помог провести презентацию в Горсовете.

На фестивале стрит-арта «Сумская стрит-арт резервация 2011» около 40 молодых художников из Сум и других областей Украины на протяжении нескольких дней расписывали трубы и стены заводских построек на территории Сумской ТЭЦ. По словам куратора проекта, Константина Аленинского, помимо художественной, решалась задача по привлечению внимание общества к экологическим и эстетическим проблемам заброшенных строений.

«Резервация» – часть более обширного арт-проекта «Энвайронментальная трансформация». Туда также была включена «Интервенция» (Винница). Дома, трансформаторные будки и другие малые и большие формы урбанистики стали для мастеров мурал-арта из винницкой «Лаборатории актуального творчества» площадками для воплощения своих идей. Интересно, что основателем проекта «Резервация» выступил Сумской городской совет, а организаторами – отдел культуры и туризма Сумского городского совета и Сумская муниципальная галерея.

Ирония в том, что на данный момент ТЭЦ – абсолютно закрытое (работающее) предприятие, посетить его просто так невозможно. Единственные зрители – работники ТЭЦ. Стоит ли говорить о том, что этот объект стал новой, оригинальной частью архитектурной среды, ее аттрактивным элементом, доступным любому желающему? Вряд ли. Это хорошо спланированная и отлично проведенная акция, так сказать, демонстрация возможностей. Участники ликуют, сообщество художников оживленно обсуждает событие, остальные довольствуются фото- и видеоотчетами в инете. Весьма специфический подход к публичности и интерактивности.

Очевиден тот факт, что поддержка подобных инициатив на всех уровнях происходит только во время фестивалей. Тогда и спонсорам, и властям прямая выгода от широкого резонанса. Но как только предпринимаются попытки шагнуть из области стратегически полезной помпы в поле конкретных тактически-последовательных реализаций, все стопорится.

Постоянный партнер всех стрит-артовских акций, компания «Caparol Украина» предоставляет только краски. Но прежде чем расписывать, фасады и прочие поверхности нужно отремонтировать (очистить от старой штукатурки, подготовить к покраске). А это та статья расходов, которую городская администрация на себя брать не хочет (стоимость ремонта 1кв. м – $5/6). Предлагается художникам самим позаботиться об этом. Некоторые вообще норовят денег взять за право «рисовать свои картинки» («Дайте 50 тысяч и малюйте на здоровье»).

Роману Минину администрация предлагает вместо стен расписать заборы (и проблема городского уродства решена, и тратиться не надо). Аналогичные трудности описывает Мария Гончар, которая готова к тому, что «Креативные города» могут так и остаться «бумажным проектом», потому что дальше Ильичевска дело не двигается. Власти Южного и Одессы очень одобряют все креативные идеи, но при виде смет резко теряют уверенность в необходимости их воплощения. Никакие резоны в том смысле, что такие вещи еще и повышают туристическую привлекательность города, на них не действуют.

Попытка обратиться к представителям политическим сил успехом также не увенчалась. Те не видят особой «рекламной» отдачи от участия в таких мероприятиях. Рассчитывать на помощь от Европейского банка реконструкции и развития (которую мэр Тираны выбил для своего города) тоже не приходится. Кстати, для работ на фасадах многоэтажек нужно привлекать профессиональных альпинистов. Вот вам и «низкозатратные» предложения…

С культурными центрами тоже не все просто. Многие существуют в бывших промышленных помещениях на правах аренды. Если владельцам будут сделаны более заманчивые арендные предложения или им захочется продать объект, мастерские, студии и театры придется сворачивать.

Чайноразвесочная фабрика, по словам Марии Гончар, – такой лакомый кусок, что вполне может стать объектом рейдерского захвата. Херсонская обувная фабрика выставлена на продажу и, хотя на данный момент ее владелец в восторге от происходящего да и желающие ее купить у дверей не толпятся, это не значит, что так будет всегда.

У Романа Минина когда-то на одном заводе была мастерская. Там целый этаж был отведен под художественный сквот. Потом хозяин решил, что офисы ему выгоднее, и художники съехали. Роман мечтает о том, чтобы в Харькове появился центр типа «Винзавода», например, на территории заброшенной книжной фабрики. При этом он уверен, что без социальной программы на государственном уровне это работать не будет. Если отдать центр на откуп городским властям, через год туда заселятся «свои люди», далекие от культуры. Короче, коррупция все убьет.

В случае с Херсоном, где администрация оказала существенную помощь при организации фестиваля, есть надежда, что для творческого кластера подберут что-нибудь из коммунальной собственности. Пустующих заводов, честно говоря, хватает. Власти настроены на то, чтобы приостановить «экономический беспредел», когда заводские конструкции разбираются на металлолом. Поэтому они готовы рассматривать любые разумные предложения по ревитализации.

Есть и позитивный момент. Венгерские художники, к примеру, не озабочены «оседлым образом» творчества. Им интереснее переходить с объекта на объект, осваивая новые пространства. Эдакие арт-кочевники.

Елена Афанасьева не исключает, что для Херсона – это вполне приемлемый вариант, и не обязательно отстаивать модель постоянно действующего центра. В Будапеште вообще очень интересная специфика. В свое время капитал (местный и неместный) выкупил фабрики-заводы-крытые рынки – до лучших времен. Они стоят пустые и потихоньку ветшают, портя вид города. Власти придумали хороший ход – ввести налог на простаивающее здание. С каждым годом сумма налога увеличивается в геометрической прогрессии. Через 4-5 лет убыточность владения такой недвижимостью заставляет владельцев принимать с распростертыми объятиями всех желающих. Так образовалось несколько культурных центров, причем художники со временем начинают платить аренду, что окончательно закрепляет место за ними.

Ремарка напоследок: во многих дискуссиях и разговорах звучит мысль, что возникающие островки культуры разительно отличаются по атмосфере от остального урбанистического енвайромента. В таких центрах возникает чувство изолированности от грубых впечатлений действительности, пусть она там активно и отображается. Возможно, слова «резервация», «изоляция» – не лучший выбор для идеи консолидации, которая заложена в «ревитализационных» мероприятиях. Мы как будто загоняем культурные процессы в места, где доступа к ним не может быть по определению.

А ведь это существенный момент – привлечение к процессам обновления и возрождения местных жителей. Если в Европе без их самого активного участия не обходится ни один проект (и на уровне обсуждения, и на уровне имплементации), в наших условиях это гораздо чаще инициатива узкого культурного сообщества, которое приглашает людей приобщиться к изменениям уже после того, как они были инициированы.

Возможно, наше представление об арт-экспансии требует самого решительного пересмотра. Команда «Тотема» это понимает и потому пропагандирует другой подход. Задача – в том, чтобы город внедрить в арт-пространство, а не наоборот. Культурное пространство может сколь угодно существовать в обособленном, закрытом виде – была бы поддержка заинтересованных лиц. Но интересно запустить процесс взаимной диффузии, взаимного органичного интегрирования в существующий урбанистический контекст.

Необходимо стимулировать событийность «снизу-вверх», то есть на уровне самых мелких городских субсообществ. Это создаст культурные, социальные и экономические преимущества для города силами его населения. «Низовая» событийность только тогда перестанет быть формальностью, когда «низам» будет обеспечен доступ к соответствующим пространствам.

Опять же в Европе давно настало время «бархатных революций», когда приветствуются плавность, последовательность и естественная обусловленность перемен. Мы настроены более агрессивно: для нас актуальнее понятия «прорыва», «ломки» и «интервенции». В наших стратегиях заложен некий оттенок насилия. Что, впрочем, по сути, верно – нам еще бороться и бороться с пресловутыми «общественными приоритетами» и «местечковыми интересами».

В общем, аналогии проводить уместно только в отношении самой идеи. Прочие аспекты столь сильно окрашены локальными реалиями, что мы заканчиваем компаративный анализ, и просто радуемся, что процесс пошел.

Warning: session_write_close(): Failed to write session data (user). Please verify that the current setting of session.save_path is correct (/tmp/sessions_php54) in /sata1/home/users/cca/www/old.korydor.in.ua/libraries/joomla/session/session.php on line 676