"Медиаискусство - самое интересное"

DSC 1613 В рамках “Новой художественной школы: медиа-арт для практиков”, организованной Культурным проектом, Алексей Шульгин, пионер пост-советского нет-арта, прочитал открытую лекцию и провел закрытый воркшоп для студентов школы. Для Украины приезд Шульгина – знаменательное событие. Его имя – обязательная составляющая любой книги по истории и теории медиа-арта. Во второй половине 1980-х Шульгин стал известен благодаря проекту “Чужие фотографии” (1987) и основанию группы “Непосредственная фотография” (1987); в 1990-х он одним из первых в мировом художественном пространстве начал работать с нет-артом в сети; сейчас Алексей преподает в школе фотографии и мультимедиа имени Родченко в Москве и создает электронное искусство в сотрудничестве с Аристархом Чернышевым в рамках проекта Electroboutique.

После лекции в рамках НХШ куратор школы Янина Пруденко и Богдан Шумылович, куратор фестиваля MediaDepo (Львов), расспросили Алексея о началах нет-арта, семантических границах понятия “медиа-арт”, школе Родченко и современном искусстве Москвы.   

Янина Пруденко: В Украине в начале 1990-х художники начали снимать видео-арт. Видеокамера была раритетом, который переодалживался. Никто не мечтал о более сложных компьютерных технологиях, не говоря уже об интерактивных. Как стало возможным для Вас в 1994 работать с интернетом?

Алексей Шульгин: Это было простое стечение обстоятельств. Во-первых, был Центр Сороса, где был интернет. Но это была сложная институция, куда сложно было попасть, где никогда не было на месте системного администратора. И вот из Европы мне и моим коллегам поступило предложение сделать сайт для Российской Федерации. Для его создания нам выделили 100 часов интернета в месяц, который был тогда супердорог: 6 долларов в час, а на 6 долларов можно было месяц жить. Получив этот доступ, мы стали им пользоваться. Я купил модем, две недели потратил на то, чтобы его сконфигурировать, чтобы Интернет наконец подключился. В итоге все заработало, интернет пошел и я начал экспериментировать, даже открыл курсы нет-арта в Термен-центре, которым заведовал Андрей Смирнов. Он мне выделил пространство в консерватории, куда перекочевало все оборудование после закрытия программы Сороса. И я начал раз в неделю вести интернет-кружок для художников, всех заинтересованных, показывал, что можно делать с этим новым медиа.

Я.П.: Как узнали о Ваших проектах в мировом медиахудожественном сообществе?

А.Ш.: Сначала были просто тусовки. Контента ведь тогда ещё было мало в интернете. Через какие-то поиски я нашел другие художественные проекты, в частности Jodi, Хита Бантинга, Вука Чосича. Мы с Таней Деткиной и Сашей Николаевым сделали сайт Moscow WWWART Centre (1995), он стал функционировать, стал известен. После этого меня пригласили на конференцию Метафорум  в Будапешт. Хорошо помню фестиваль 1996 года Next 5  Minutes в Амстердаме. 1997 год – стал пиком фестивального движения художников, которые работали с возникнувшими новыми медиа. Эти фестивали и стали приглашать медиахудожников, работающих в интернете, где мы все познакомились лично друг с другом. Потом стали поддерживать отношения, организовали список рассылки “7-Eleven”. Это было предтечей сегодняшних социальных сетей. Даже помню, мы сидели в 1997 году в разных странах и через интернет праздновали Новый год, поздравления и тосты посылали друг другу.

Богдан Шумылович: Меня удивляет большое количество итальянских художников, которые сейчас активно принимают участие в медиа-арт фестивалях. Казалось бы, Италия – не страна высоких технологий. Но, тем не менее, у них и нет-арт на сегодняшний день активно развивается.  

А.Ш.: Италия – это единственная страна в мире, где каким-то образом Министерство образования ввело в университетах дисциплину нет-арт.  

Я.П.: На лекции Вы говорили о том, что сейчас нет-арт возможен исключительно в форме интернет-активизма…

А.Ш.: Да, может развиваться только его коммуникационная составляющая, потому что в эстетическом плане уже придумать что-то сложно. Все больше и больше технологии переходят в карманные медиа. Теперь можно в любом месте, в любое время быть он-лайн.

Я.П.: Благодаря деятельности ЦСИ Сороса в Киеве в 1997 году состоялся ряд событий, благодаря которым был создан ИнфоМедиаБанк – первая резиденция для медиахудожников в Украине. Но когда, поддержка Соросом ЦСИ прекратилась, практически вся генерация этих художников пропала в никуда: кто-то возвратился к традиционным медиа, кто-то ушел в дизайн. И вышло так, что сегодня в Украине не существует преемственности между медиахудожниками первого поколения и медиахудожниками, которые с начала 2000-х выросли за клавиатурой компьютера. Является ли в России этот процесс целостным?

А.Ш.: В России кто-то остался в медиа, кто-то ушел во что-то другое. Важно то, что для развития медиаискусства в любой стране нужен контекст. Недостаточно сделать разовое событие, разовую программу. Конечно, медиа-арт активнее развивается в высокотехнологичных странах, где развит креативный капитализм, где существуют отдельные департаменты медиадизайна. И как побочная деятельность в таких странах возникает медиаискусство. В наших странах естественно нет всего этого.

Я.П.: У меня возникает естественный вопрос: почему Вы до сих пор в России? Наверняка Вы получаете множество предложений для резиденций, педагогической деятельности в сфере медиаискусства в странах, где существует контекст, о котором Вы говорите.

А.Ш.: Хороший вопрос! В России некоторые вещи легче делать, это страна, в которой я лучше ориентируюсь. В Москве живет мой коллега Аристарх Чернышев, с которым у нас существует коллаборация Electroboutique и мы выступаем с ним как одно целое. Тем более, переезд в другую страну – это серьезный удар по организму и сознанию.

Б.Ш.: А есть какая-то московская школа медиа-арта?

Я.П.: Алексей преподает в школе фотографии и мультимедиа имени Родченко.

А.Ш.: Да нет, особо нет. Я верю все же, что медиа-арт принадлежит западному пространству, в странах с развитыми экономикой и креативной экономикой. Нашему обществу медиа-арт не нужен в принципе. Какие-то коммуникационные технологии можно импортировать с Запада – телевидение, рекламу, видео. А свои разработки никто не хочет поддерживать, не существует для этого программы поддержки.

Я.П.: Существует ли внутреннее противостояние в художественной среде Москвы между сферами современного искусства и медиаискусства?

А.Ш.: Есть. Потому что институциональная арт-система Москвы не принимает медиа-арт. Они очень традиционны в этом плане. Вот мне пришлось в школе Родченко защищать дипломную работу студента от коллег.

Б.Ш.: В школе мультимедиа?

А.Ш.: Да! Студент сделал машину, которая ездит по стенам и потолку и с помощью компьютерных технологий рисует граффити в труднодоступных местах. Это же гениальный проект! А я им должен был доказывать, что это искусство! “Мы не понимаем! Где же искусство?!”. И я начинаю объяснять, что на Ars Electronica Юлиус фон Бисмарк победил с подобным проектом. Другим преподавателям школы, присутствовавшим на защите, необходим был образ, фотография, например. “Как машинка может быть искусством?!”. Не понимают ничего. “Нет авторского высказывания, где оно?”.

Я.П.: Студенты из вашей с Аристархом группы продолжают после выпуска работать с медиаискусством? Какие для этого существуют реальные возможности и поддержка?

А.Ш.: Вот Ольга Свиблова, основатель Мультимедиа Арт Музея и школы Родченко, поддерживает молодых художников. И в этом плане я считаю, что существование этой институции оправдано. Однако школа Родченко, к сожалению, не дает никакой степени западного образца.

Б.Ш.: Но учиться же студенты идут?

А.Ш.: Ну идут, но не за дипломами – а за лайфстайлом. Это возможность для них временно отложить принятие жизненно важных решений. И потом, там неплохие ворота в современное искусство.

Б.Ш: А Вам какое искусство больше нравится – современное или электронное?

А.Ш.: Мне кажется, самое интересное современное искусство – это медиаискусство. Даже если это осуществляется не на прямую через новые технологии. Все чаще молодые таланты используют образы из интернета. Это тоже, я считаю, медиа-арт.

Я.П.: Вы очень широко понимаете слово “медиа-арт”.

А.Ш.: Ну а как же! Классическое понимание медиа-арта – это искусство, рефлексирующее на само медиа. Но сейчас художник часто использует медиа и даже не задумывается об этом, потому что они везде. Вот даже Осмоловский делает эти свои хлеба на станке с программным обеспечением. Он же не вырезает это вручную. Ему вырезают этот хлеб на фрезерном станке. Это тоже медиа-арт.

Warning: session_write_close(): Failed to write session data (user). Please verify that the current setting of session.save_path is correct (/tmp/sessions_php54) in /sata1/home/users/cca/www/old.korydor.in.ua/libraries/joomla/session/session.php on line 676