Венецианская биеннале. День третий


Итак, день третий, заключительный. Придя утром к печальному осознанию того, что пройтись по выставкам в городе я все равно не успею – слишком уж разбросаны интересные мне павильоны по карте – было принято управленческое решение провести весь день в Джардини и выстоять-таки эти полтора часа к Майку Нельсону. За бортом остался павильон Болгарии с новым видео группы Р.Е.П. и павильон Марокко – с работой Алевтины Кахидзе, а также Пригов, Модерникон, Коллекция Пино в Палаццо Грасси, кураторский проект Питера Нойвера и добрый десяток других хороших выставок. Но в Джардини в этот раз по-хорошему насыщенно – и о своем выборе сожалеть не приходится. 
Очередь № 1. В павильоне США дует художников Аллора и Кальсадилья критично и пафосно высказался о большой политике, метафорично приравняв последнюю к большому спорту: в холле у входа зрителей встречает Statue of Freedom, уже изрядно бронзовая, но продолжающая свой сеанс загара в солярии. В боковых залах – скульптурные объекты из кресел бизнес-класса американских авиалиний и видео, в котором гимнасты, делая нехитрое упражнение на шесте, имитируют спущенный или поднятый национальный флаг. Но особой любовью у аудитории пользуется банкомат-орган. Во-первых, это просто практично – всегда можно снять двадцатку в оторванном от цивилизации Джардини, а во-вторых, банкомат при этом произведет страшные (либо прекрасные – как повезет) звуки, способные соперничать даже с грохотом гусениц танка.

Очередь № 2. Маркус Шинвальд в Австрийском павильоне исследует пространство, телесность и психологию человека. Перегородив вход в павильон и выстроив внутри странный полулабиринт, он населил эту лаконичную конструкцию ножками старинных стульев, небольшими портретами в стиле старых мастеров, тягучим видео и… ногами других зрителей. Особенно эффектно выглядит, когда замеченные вами ноги принадлежат карабинеру в форменных брюках и с кобурой на бедре.

Очередь № 3. И снова вариация на тему лабиринта. Говоря, что чемпионат на самую длинную очередь Биеннале выиграл павильон Штатов, я жестоко ошибалась – к британцам стоять в среднем час сорок минут. Тем не менее, заботливые смотрители павильона всеми силами стараются не дать толпе засохнуть. Сначала симпатичный молодой человек обходит всю очередь с сообщением: «Леди и джентльмены! С конца очереди время ожидания около полутора часов – вы можете оглянуться назад и прикинуть, сколько еще осталась ждать». Ближе к заветной линии входа стоит лучезарная девушка и забалтывает гостей расспросами о погоде и настроении, а также дает краткую «инструкцию по эксплуатации павильона»: «осторожно, смотрите под ноги и вперед – неожиданные ступени и низкие дверные проемы подстерегают на каждом шагу. И убедитесь, что дошли до центра павильона!». 

Изрядно уставшая и настроенная скорее скептически (не люблю нарочитый саспенс), я зашла внутрь: вместо ожидаемых узких коридоров и низких дверных проемов в павильоне меня ждала череда захламленных комнат на разных уровнях. Местами это было похоже на старую мастерскую по ремонту мебели с соответствующим запахом, местами – на заброшенный склад, местами – на фотомастерскую. Заветный «центр» я нашла без проблем – высокий колодец со свежим воздухом и небом. А вот когда решила выйти, смогла это сделать только после 10-минутной истерики и помощи консультантов. Комнаты часто повторяются, и тебе постоянно кажется, что ты здесь уже был – пространственная ориентация теряется мгновенно. Хотя не буду отрицать, что такой эффект мог возникнуть только благодаря бесконечному ожиданию под теплым венецианским солнцем.

Но есть в садах и павильоны, не требующие столь серьезных временных и эмоциональных затрат. В павильоне Кореи – азиатский поп сродни Такаши Мураками и роскошная инсталляция из виртуально, но громко бьющихся зеркал (куда ж на Биеннале без фотографий в зеркалах…). В павильоне Венгрии тоже деструктивно: в первом зале, заполненном едким красным светом, стоит побывавшая в аварии BMW и играет классическая оперная ария. В втором зале в три ряда расставлены партитуры с, как выясняется позже, либретто. Люди, которые читают тексты, при этом выглядят частью инсталляции – будто это они так прекрасно поют. И наконец в третьем зале идет видео, в котором оперные певцы в очень кэжуал обстановке исполняют реальные пассивные диалоги с жертвами аварий. 

Буквально это выглядит так: двое сидят на кровати, она ему (меццо-сопрано): «Ты ехал на скорости больше 200 км/ч?», он (тенор): «Да, да…». Дополняет театрально-надрывное впечатление павильон Германии. Грустная история о том, как Кристоф Шлингензиф, проект которого был выбран немцами для реализации на Биеннале, скончался в середине прошлого года, так и не закончив работу, заставила культурную общественность изрядно поволноваться: как же куратор справится без одиозной фигуры самого Кристофа. В итоге Сюзанна Гаэншеймер превратила павильон в тотальную инсталляцию – алтарь, оммаж и, увы, некролог, художнику, постановщику, режиссеру. Выглядит это и страшно, и грустно, и просто красиво. Говоря словами самого Шлинзенгифа, «на небе точно не будет так хорошо, как здесь». В субботу на награждении победителей, павильон Эгомании (ой, простите, Германии) был признан биеннальным жюри лучшим – решение, несомненно, политическое, но от этого не менее приятное. 

На этом «прямые включения» я вынуждена закончить, так как в субботу утром уже была в Киеве, но Коридор вас еще обязательно порадует более обстоятельными текстами моих коллег, которые отправляются в Венецию уже на следующей неделе.


Warning: session_write_close(): Failed to write session data (user). Please verify that the current setting of session.save_path is correct (/tmp/sessions_php54) in /sata1/home/users/cca/www/old.korydor.in.ua/libraries/joomla/session/session.php on line 676